Гашиш. Рассказ туркестанца - Голенищев-Кутузов Арсений Аркадьевич - Страница 1


1
Изменить размер шрифта:

Annotation

В стихотворной форме автор описывает, как герой рассказа зашел в кофейню, покурил гашиша и что с ним потом произошло.

Арсений Аркадьевич Голенищев-Кутузов

notes

1

2

Гашиш. Рассказ туркестанца - _1.jpg

Арсений Аркадьевич Голенищев-Кутузов

Гашиш. Рассказ туркестанца (В стихах)

Дозволено цензурою. С.-Петербург, 22 мая 1875 г.

Посвящается Владимиру Васильевичу СТАСОВУ

Ты видишь, лик мой тощ и бледен;

Я нищ и стар; я скорбью съеден.

Я был и молод, и богат —

Я расточил свое богатство;

Промчалась юность; много крат

Врагов изведал я злорадство

И лживую печаль друзей:

То казнь была моей гордыне.

Уж мне не жаль минувших дней!

С судьбою примирившись ныне,

Я в поте дряхлого лица

Тружусь и жизни жду конца;

Но памятен мне день ужасный,

Когда, презренный и несчастный,

Один, без крова, в поздний час,

Я очутился в первый раз.

Уж тенью Самарканд покрылся,

Народ с базара расходился,

Дервиша смолк унылый крик,

Закрылся торг, кончались споры…

Дородный сарт, седой старик,

С усильем надвигал запоры

На двери лавочки; огонь

Блеснул в потемках; чей-то конь,

Понуря голову, лениво

Брел без хозяина домой.

Все утихало, лишь порой

По сонной улице пугливо

Перебежать из дома в дом

Спешила женщина; потом,

Как мышь, в тени двора скрывалась —

И вновь молчанье водворялось.

Счастливый час для богачей!

Их ждут объятья жен стыдливых

Иль пир в кругу друзей шумливых,

При пляске молодых

батчей.

Уж за стеной раздались клики,

И музыки веселый звук,

И пляски быстрой топот… Вдруг

Смятенье, рев несется дикий:

Батча лукавый угодил,

Восторг собранье охватил;

Бегут, и мечутся, и стонут….

Но вот опять все звуки тонут

В ночном молчании…

Луна

Из-за садов свой лик являла

И город сонный освещала.

В ту ночь казалась мне она

Бледна и зла. Людьми забытый,

И к стене прижавшися, немой,

С поникшей долу головой

Стоял я; злобой ядовитой

Томилася больная грудь, —

Мне было негде отдохнуть!

И о судьбе своей жестокой

В тиши я плакал одинокий;

Но нищему внимал Алла;

К нему печаль моя дошла:

Он помощь мне послал нежданно.

Вдруг, вижу я, — передо мной

Старик с дрожащей головой

Стоит; таинственно и странно

Мерцает беспокойный взгляд

Очей, луною озаренных;

В устах, усмешкой искривленных,

Зубов темнеет черный ряд…

И звуки вкрадчивого слова

Я слышу в тишине ночной:

- О чем ты плачешь? — Я без крова.

- Кто ты? — Наказанный судьбой,

За то, что… — Удержись! Причину

Мне знать не нужно; проходя,

В ночи твой плач услышал я

И захотел твою кручину

Советом мудрым облегчить.

- Отстань старик! Твое участье

Не нужно мне; мое несчастье

Никто не может исцелить!

- Смири порыв гордыни ложной.

Вот кошелек; мой дар ничтожный

Прими и слушай: средство есть

В печалях ведать наслажденье

И, позабыв судьбы гоненье,

С отрадой бремя жизни несть.

Ты плачешь; но в земной юдоли

Унынья, нищеты, забот

Алла спасенье подает

Рабам его священной воли.

Алла могуч! Гашиша дым

Для счастья нищих создан им!

Скорей же, горем отягченный,

Иди в приют уединенный,

Струю волшебную вдыхай, —

И тяжесть скорби безъисходной

С души спадет, и, вновь свободный,

Ты на земле познаешь рай.

Сказал и быстро удалился,

Оставив дар в руке моей…

В кофейне огонек светился, —

Шатаяся, побрел я к ней.

Вошел… Средь дымного тумана

Сидели люди вкруг кальяна.

Кто сам с собой вел разговор,

Кто, на огонь уставив взор,

В торжественном оцепененьи,